2’2005
В преддверии «Русских торгов» в Лондоне, Арт-Москвы, первой Базельской ярмарки с участием отечественной галереи и, наконец, Венецианской биеннале, которые во многом (если не исключительно) делаются в расчете на привлечение внимания коллекционеров, мы решили вернуться к теме собирателей современного искусства. Мы уже касались этого вопроса в целой серии статей и интервью два года назад, и с тех пор, как нам кажется, в сознании самих коллекционеров произошли существенные изменения. В представлении некоторых из них «путь коллекционера», включающий обычно посещение ярмарок и мастерских, поиск неведомых шедевров, украшение дома и офиса, постепенное возникновение собственного мнения об искусстве, прирос новым «пунктиком». Поэтому «Первый план» посвящен одному из возможных финалов коллекционерской деятельности, когда человек вдруг решает, что его собрание может и должно радовать не только его самого, но и окружающих, то есть приходит к мысли о музее.
По странному стечению обстоятельств, самые «раскрученные» сейчас старые коллекции Щукина и Морозова представляют отнюдь не русское, а европейское искусство, да к тому же самое что ни на есть актуальное для своего времени. Сегодня, как оказалось, довольно сложно найти в России собирателя новейшего иностранного искусства. Наши современные коллекционеры — патриоты поневоле. Причинами тому, с одной стороны, — долгая изоляция и прерванная традиция. С другой — колоссальная разница в ценах. Если местные «звезды» просят двадцать тысяч долларов за работу, то их английские или немецкие ровесники требуют никак не меньше двухсот. А через год — существенно больше. В общем, Нео Рауха или Мэттью Барни нам в частном московском музее едва ли покажут, а вот лучшее отечественное contemporary art «единым блоком» и по версии Игоря Маркина, который одним из первых ощутил свою «музейную миссию», мы с большой долей вероятности увидим уже в ближайшее время.
Что касается поиска шедевров, то это занятие — проверенное временем и крайне привлекательное для коллекционера — в сфере актуального искусства почти не имеет смысла: покупатель не ищет, а выбирает из готового ассортимента или заказывает вещь «под себя», да и сама сделка нередко заключается на стадии грунтовки холста. Такая ситуация характерна для наших «звезд», причем следствием супервостребованности становится, как тонко подметил один из наших собеседников-коллекционеров, «размывание», своего рода инфляция шедевров. Несколько более защищены в этом плане любители старого искусства: если отсеять все фальшаки, в сухом остатке можно обнаружить недевальвированный оригинал. Очень редко так происходит, например, с работами Павла Филонова, о чем рассказывается в рубрике «Открытия».
Функцию же основного источника шедевров в наше время приобретают всевозможные ярмарки. Западные дилеры заметили: если раньше ярмарка
была скорее презентацией, то теперь там стали покупать гораздо больше, чем в галереях. Почему? Некоторые убеждены, что подобно тому, как на телевидении царствует infotainment, на художественном рынке отныне утвердился artotainment: покупай, развлекаясь. Разумеется, за границей эту моду уловили раньше, чем в России. Побывав хоть однажды на европейской или американской art fair — не так уже важно, продают там антиквариат или актуалистов, — наш соотечественник, скорее всего, сразу же разочаруется в местных ярмарках. Полезные площади, количество участников, атмосфера и цены — все завораживает. Про искусство можно сказать только одно — оно там самое разнообразное. Сравнения стабильно не в нашу пользу, но поскольку хочется, чтобы и в России было не хуже, сравнивать и анализировать тамошний опыт необходимо. Поэтому мы отвели так много страниц рассказу о двух весьма важных и показательных ярмарках — TEFAF в Маастрихте и The Armory Show в Нью-Йорке. И если Арт-Москва расширяется и хорошеет год от года, то
и в области старого искусства нас, судя по всему, ожидает прорыв: осенью в реконструированном московском Манеже обещают грандиозное антикварное шоу. Главное, чтобы не только публика была довольна, но и коллекционерам понравилось.
Редакция
СОДЕРЖАНИЕ
НОВОСТИ
СОБЫТИЯ
Илья Зильберштейн. К 100-летию со
дня рождения (Москва)
АРХУМАС. Казанский авангард 1920-х (Москва)
Владимир Издебский (Санкт-Петербург). XVIII век
(Санкт-Петербург)
Дионисиак (Париж)
Неоимпрессионизм. От Жоржа Сера до Пауля Клее (Париж)
Пит Мондриан (Вена)
Мексиканский модерн (Вена)
Африка Ремикс (Лондон)
Энтони Каро (Лондон)
Караваджо. Поздние работы (Лондон)
Даниэль Бюрен. Око циклона (Нью-Йорк)
ПРОГУЛКА
МОСКВА. О МОДЕ И НЕ ТОЛЬКО
Галя Лернер Нынешний фестиваль окончательно стер границы
между двумя большими проектами — Фотобиеннале и «Мода и стиль в фотографии».
Изысканный гламур и уродство, репортаж и студийная съемка, классики и
современники — здесь всему нашлось место.
САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. УХОДЯТ, НЕ ОГЛЯДЫВАЯСЬ
Дмитрий Новик. Питерские галереи и выставочные центры этой
весной предпочитали показывать москвичей и иностранцев. Единственным ответом
местных деятелей искусства на экспансию извне стали, как обычно, фотовыставки.
ОБЗОРЫ
ВЫСТАВКИ
Черным по белому (Москва)
Doublethink (Москва)
Спенсер Туник (Москва)
Лидия Тимошенко (Москва)
Спасибо, Пермь! (Пермь)
Виталий Пушницкий. Реакция (Санкт-Петербург)
Антон Корбейн (Санкт-Петербург)
Сергей Шаршун. Пейзаж ощущений (Париж)
КНИГИ
Борис Жутовский. Последние люди империи. 101 портрет
современников. 1973 — 2003
Карл Аймермахер. От единства к многообразию. Разыскания
в области «другого» искусства 1960-х — 1980-х годов
Марина Бессонова. Избранные труды
Валентин Воробьев. Враг народа. Воспоминания художника
Андрей Толстой. Художники русской эмиграции.
Istanbul-Београд-Praha-Berlin-Paris
ПЕРВЫЙ ПЛАН
ВЫБОР КОЛЛЕКЦИОНЕРА
МИХАИЛ ПИОТРОВСКИЙ: ЧАСТНЫЕ КОЛЛЕКЦИИ — ПРАРОДИТЕЛИ
МУЗЕЕВ
Собрания монархов превратились в крупнейшие музеи, а
дореволюционные частные коллекции вошли в их фонды. О взаимоотношениях
коллекционеров с официальными институциями рассуждает директор
Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский.
ИГОРЬ МАРКИН: ПРЕДЧУВСТВИЕ МУЗЕЯ
Частный музей в России — пока редкость. Тем более,
если речь идет об актуальном искусстве. Коллекционер Игорь Маркин полон
решимости занять эту пустующую нишу.
ТАТЬЯНА ПАНЧЕНКОВА: СМОТРЮ НА ВЕЩИ, НО ВЕРЮ СЕБЕ
Больше всего коллекционер доверяет своему личному
арт-дилеру. И даже когда собственный вкус собирателя сформировался, совет
опытного галериста — почти всегда закон.
ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РЫНОК
ГИПЕРМАРКЕТ АНТИКВАРИАТА
Михаил Журбин, Леонид Лернер. Ныне одна из крупнейших,
ярмарка TEFAF в Маастрихте начиналась с небольшого салона, где
торговали фламандским искусством. Сегодня наряду с египетскими древностями
и шедеврами эпохи Возрождения здесь есть свежие работы Герхарда Рихтера и
Кристо.
ЯРМАРКА ПО-АМЕРИКАНСКИ
Михаил Гольдин, Леонид Лернер. Нью-йоркская The Armory Show —
классическая ярмарка новейшего времени. Здесь умеют мастерски сочетать
шоу-бизнес и серьезное коммерческое искусство.
ОТКРЫТИЯ
НОВАЯ «КОМПОЗИЦИЯ» ПАВЛА ФИЛОНОВА
Ирина Пронина. Павел Филонов, пожалуй, самый «музейный»
отечественный художник. Появление его работы с безупречным провенансом на
художественном рынке — значительное событие.
В МАСТЕРСКОЙ
ПРЕДЛОГИ ДЛЯ ЖИВОПИСИ
Михаил Боде. Фактурные абстракции Вячеслава Михайлова —
это бесконечный поток воспоминаний о переживаниях автором природы и
Рембранта, архитектуры Флоренции и Петербурга
